RU
Главная / Блог о туризме
22 марта 2018 г.
Призрак Черного шляха
Или то, что зримо мне,
Всё есть только сон во сне?
Эдгар По

Будем откровенны: люди жутко любят рассказы о призраках, привидениях, выходцах с «того света» и о прочих зловещих фантомах. Как бы эти легенды порой ни леденили кровь и ни заставляли бешено биться сердце, а – вот поди ж ты! – страстно хочется оказаться в «царстве теней», разузнать подробнее, как да что там происходит, – словом, заглянуть за горизонт быстротечной жизни нашей – в жизнь вечную, загробную, таинственную...

В самом деле, стоит иному экскурсоводу от избытка чувств лишь заикнуться о Черной Панне в Несвиже или о Белой Даме и чернеце у руин Гольшанского… да нет же, «Черного замка Ольшанского», – как тотчас загораются глаза экскурсантов, совсем потухшие было от обилия исторических фактов, имен, дат, которые только что обрушивались могучим словесным потоком из уст того же самого рассказчика…

Правда, кое-кто сразу же резко возразит как отрежет: «Да будет вам чудить, выдумки это, побасёнки!» Однако такого Фому-неверующего еще Гоголь в свое время испепелил глаголом: «Побасёнки!.. Но мир задремал бы без таких побасёнок, обмелела бы жизнь, плесенью и тиной покрылись бы души». Ну, а что сказал бы в сердцах такому Фоме ровесник Гоголя – американец Эдгар По, мастер «литературы ужасов», который после кончины сам стал привидением в собственном доме в Балтиморе, где теперь устроен музей привидений, – так вот, что сказал бы он – уж лучше к ночи и не вспоминать! Откройте-ка на досуге его знаменитую поэму «Ворон»…

А теперь, нагнав страху немерено, поговорим о грозном и завораживающем призраке пани Ядвиги, что бродит и доныне у «Черного шляха» – вот уж пятьсот лет!.. Об этом историческом персонаже в 1998 году поведал в своей историко-детективной повести «Черный шлях» Константин (Кастусь) Тарасов, с которым судьба свела меня тогда, когда его уже по праву именовали «талантливым продолжателем литературной традиции Владимира Короткевича», «знатоком истории, ее материального мира вместе с тайными движениями человеческой души».

В 2008 году в издательстве «Рифтур» возник многообещающий проект серии «Путеводитель-детектив», в котором мы должны были выступить дуэтом: Константин Иванович в качестве автора новеллы или повести, а ваш покорный слуга – как комментатор исторических коллизий предложенных сюжетов. К великому сожалению, проект так и не был реализован, но знакомство с К. Тарасовым стало для меня незабываемым подарком! Вот тогда-то и родился нижеследующий комментарий к «Черному шляху»…

В повести «шлях» обозначен как участок старинной дороги от Ошмян к Вильне. При этой дороге, в описываемые автором 1501–1507 годы, стояли Медники (ныне Мядининкай) со средневековым замком ХIII столетия – его можно увидеть и теперь, следуя из Минска в Вильнюс. Прежде этот замок, вместе с соседним Кревским, входил в систему своеобразного оборонительного щита, воздвигнутого нашими предками на пути немецких рыцарей. Суровый облик этой цитадели, сложенной из камня и кирпича, с оборонительной башней, прежде достигавшей в высоту 30 метров, предстает перед глазами путешественников всякий раз, едва лишь промелькнет государственная граница, появившаяся здесь в начале 1990-х годов.

И хотя в наши дни параллельно старой дороге пролегла современная автомагистраль М7/Е28, шлях по-прежнему не забыт: он кружит, ведет от одной деревни к другой. А на полпути от Ошмян к Медникам, неподалеку от нынешних придорожных деревень Ровное Поле и Журавы, некогда стоял двор Ядвиги Русиновской – главной героини повести.

…Начало ХVI столетия было, мягко выражаясь, не самым спокойным временем в отечественной истории. Главой государства, объединившего благодаря Кревской унии (1385) земли Великого княжества Литовского и Королевства Польского, был в ту пору внук Владислава-Ягайло – Александр. Слабовольный и болезненный, он не смог активно противостоять экспансионистским устремлениям своего восточного соседа – Великого княжества Московского и его правителей: великого князя московского Ивана III, «собирателя земель русских», и его сына Василия III. При них окончательно распалась Золотая Орда и завершилось объединение русских земель под скипетром Москвы.

После сокрушения (1453) турками «Второго Рима» – столицы Византии Константинополя – призрак «Третьего Рима», уже московского, туманил головы этих правителей, которые мнили себя законными наследниками «империи Рюриковичей», а потому вели одну за другой войны с ВКЛ. «Политическая» женитьба Александра на старшей дочери Ивана III – Елене не только не принесла желанного мира, но и еще сильнее осложнила отношения противоборствующих монархов. Более того, после смерти Александра Василий III настойчиво, хотя и безрезультатно, добивался для себя титула великого князя литовского. В борьбу между Вильней и Москвой по инициативе последней были втянуты силы Крымского ханства. В 1505 году крымчаки-татары дошли до Слуцка, Минска, Лиды, Новогрудка, угнали в плен десятки тысяч человек…

Войны, разорение шляхетских и крестьянских дворов породили в стране анархию и всплеск преступности – судебные документы того времени красноречиво об этом свидетельствуют. Колоритная фигура разбойницы Русиновской, оказавшись на виду у современников, не затерялась в архивах даже много-много столетий спустя, что и неудивительно: ведь безжалостным вершителем судеб человеческих на «Черном шляхе», по воле житейских обстоятельств, стала знатная шляхтянка да к тому же – очень красивая женщина…

Благодаря отточенному перу Константина Тарасова можно легко перенестись на пятьсот лет назад в те места, где залихватски орудовала своим грозным чеканом Ядвига с лицом, «как у ангелов на образах», пока на ее преступном пути не вырос судья Ванькович…

Разумеется, пересказывать острый сюжет, мастерски выстроенный автором на документальных свидетельствах, – занятие совсем пустое. Куда лучше взять в руки книгу! Тем более что белорусский вариант повести (под названием «Здань Чорнага шляху») в 2016 году вышел в минском издательстве «Попурри». А еще ранее, в 2008 году, по мотивам повести Константина Тарасова драматург Алексей Дударев написал пьесу «Ядвига», поставленную на сцене Национального академического театра им. Янки Купалы.

Итак, дорогой читатель, если вы при случае поедете в Вильнюс или вдруг станете просто колесить по околицам Ошмян, где сохранилось столько чудесных памятников, включенных в маршруты «Виаполя» (загляните, например, в наш «Путеводитель»), то не забывайте при этом о жестокосердной красавице – пани Ядвиге. Она ведь по-прежнему обитает в тех краях! А народ неспроста говорит: чем черт не шутит, пока бог спит…
_____________________
Анатолий ВАРАВВА
15 марта 2018 г.
Вся культура — из культа
Синагоги
Вся культура — из культа.
Николай Бердяев

Он был долог, очень долог, — этот путь в Землю Обетованную, что пролег для еврейского народа через тысячелетия и континенты… От заключенного Богом с Авраамом Завета, во исполнение которого была обещана праотцу евреев и его потомкам земля Ханаанская («земля, текущая молоком и медом»), до основания на этой земле 70 лет тому назад, в 1948 году, Государства Израиль отшумело ни много ни мало почти сорок столетий…

За эти века евреи то приходили, то уходили, то были изгоняемы, угоняемы в рабство из Земли Обетованной, то вновь возвращались в нее… Их история, по праву названная Священной историей, знала все: триумфы «золотого века» царей иудейских Давида и Соломона, трагедии и унижения пленений, тысячелетия «жизни в рассеянии», когда подавляющее большинство народа кочевало по миру, вполне оправдывая свое имя: евреи — на иврите «иврим», что означает: «пришельцы», «переселенцы»…

Рассеиваясь-расселяясь среди других народов, они разделяли с последними все превратности собственной и чужой судьбы, но сохраняли в душе, в сердце, в привычках, в житейском укладе неколебимую никакими, даже самыми грозными и жертвенными, испытаниями приверженность к той вере отцов и праотцов, что была скреплена Заветом с Богом, согласно преданию, в городе-государстве Харране.

География вынужденных путешествий еврейского народа потрясает воображение: Сирия, Антиохия, Курдистан, Аравия, Армения, Малая Азия, Греция, Македония, столица великой империи Рим, Испания, Африка — от гор Ливийских до Эфиопии и египетской Александрии… Как тут не вспомнить александрийского писателя Филона, утверждавшего, что «иудеи не как другие народы, запертые в границах своей страны: они обитают почти по всему миру и расселились по всем материкам и островам»!

При всем том, однако, это «великое рассеяние» вовсе не означало потерянности или, точнее, затерянности «переселенцев» между иными племенами и народами, ибо и в этих, крайне неблагоприятных для национальной консолидации обстоятельствах евреи составляли, вне всякого сомнения, один народ, связанный между собой неразрывными, воистину магическими узами… Сплетала эти узы вокруг себя Вера — Закон Моисеев, Священное Писание.

Рушились старые монархии и империи. На их месте появлялись новые. Гордый Рим сделался властелином мира. Языческого мира, который, стоя у края бездны нравственного падения, изверился в своих многочисленных богах и отчаянно искал Бога истинного, единого. И Он явился из среды иудеев — Иешуа Машиах, по-гречески — Иисус Христос, по-русски — Спаситель Мессия (Помазанник). С Него начался Новый Завет, родилась новая религия — Христианство, на вселенском фундаменте которой будет выстроено величественное здание европейской и общечеловеческой культуры и цивилизации. А иудеи? Став первыми христианами и понеся за это очередные немалые жертвы, они отдадут Христа новообращенным народам — и станут ждать другого Мессию. И вновь отправятся в неизведанный путь…

Дороги приведут этих вечных странников в Великое княжество Литовское, на землю, которая ныне называется Беларусью, Литвой, Украиной. Они поселятся в Священной Римской (Германской) империи, в Королевстве Польском. На исходе ХVIII столетия евреи окажутся в пределах Российской империи. И повсюду, куда бы ни привел их Случай или Божий Промысел, оставят они свой неизгладимый след.

Пожалуй, ярче всего этот след был явлен в сакральной жизни, материальным воплощением которой стала синагога. Само это слово в переводе с греческого значит: «собрание», «дом собраний». Многие исследователи полагают, что синагоги появились в пору Вавилонского пленения иудеев и после возвращения их в VІ веке до н.э. в Палестину эти дома для молитвенных собраний стали строить как во всех более или менее значительных городах Святой Земли, так и за ее пределами. Храмами в строгом смысле слова синагоги не являются, ибо в них отсутствует алтарь, а главное — у евреев мог быть только один храм, что служило выражением веры в существование единого Бога — Ягве.

Поначалу святилищем Ягве во времена пророка Моисея был переносной походный храм — Скиния (по-гречески: «шалаш», «шатер») с Ковчегом Завета. Скинию заменил Иерусалимский храм, возведенный израильским царем Соломоном и разрушенный вавилонским царем Навуходоносором. Позже Зоровавелем на месте первого был поставлен Второй храм, уничтоженный римлянами в 70 году. С той поры евреи остались без Храма, если не считать уцелевшей ограды западной стены Второго храма, известной сегодня как «Стена Плача».

В отсутствие Храма синагоги стали местом для молитвенных собраний, происходивших каждую субботу («шаббат»). Вписываясь в исторические ландшафты разных стран, синагоги отражали в своем внешнем облике архитектурные веяния той или иной эпохи, но при этом недвусмысленно подчеркивали свою конфессиональную обособленность, индивидуальность. Что касается интерьеров синагог, то неизменным был их абстрактно-аллегорический строй как следствие самого духа иудаизма, пронизанного многозначной символикой. Редкие, но все же встречающиеся примеры проникновения образов вещного мира в декоративное оформление синагог лишь подчеркивают общую тенденцию рассудочной метафоричности синагогальных интерьеров.

Синагога была и остается для еврея очагом духовности, национального единения и самоидентификации… Тем светом во мраке мировых блужданий, который не дал сбиться с пути в Землю Обетованную. И вот уже сам собой державно всплывает в памяти библейский «столп огненный», что вел завороженного Моисея и его народ из египетского плена — к свободе, к земле, обещанной Богом, шествовавшим во главе этой торжественно-лучезарной процессии!

Сорок лет Исхода обернулись сорока столетиями Восхождения из рабства заблуждений к новым духовным открытиям, к себе самому — тоже новому... Так число «сорок» в бытии народа обрело очертания некоей парадигмы самоотверженности, а желанная избранность воочию предстала не столько щедрым подарком небес, сколько — нежданно-негаданно — тяжелейшей ношей…

«Лэх-лэха!» («Встань и иди!») — с этим призывом обратился Бог к Аврааму. Через две тысячи лет с такими же словами обратится к своим ученикам-апостолам Иисус Христос. Пора пойти и нам… Не спеша, пристально вглядываясь в облик синагог, уцелевших на нашей земле (в Гродно, Слониме, Пинске, Мире, Ивье, Ружанах, Столине, Ошмянах, Могилеве и т.д.) и включенных во многие экскурсионные маршруты «Виаполя». Эти памятники хранят для нас ароматы безвозвратно ушедшего времени. И в наши дни обретают новое звучание, как Гродненская синагога, которая ведет свое начало из ХVI века и после недавней реставрации стала еще и музеем истории и культуры здешней еврейской общины, филиалом Гродненского музея истории религии.
___________________
Анатолий ВАРАВВА
10 марта 2018 г.
По обеим сторонам белорусского экватора
Что такое экватор? Виртуальная линия, которая делит Землю пополам. А что такое белорусский экватор? Ось, на которой все держится и держалось. Самый старый "шлях", по которому воины из Западной Европы шли на восток и войска с востока шли на запад. Дорога, которая всегда была самой "технологически" передовой, вначале брукованой, затем железнодорожной. Олимпийка, встречающая первую в истории Советского Союза Олимпиаду. Туристский шлях, вдоль которого сосредоточены все (ну или очень многие) туристские достопримечательности страны. Знаменитая книга-перевертыш 1981 года издания с двумя титулами: прочитал до середины (от Бреста до Минска) - переверни и читай дальше до середины (от Орши до Минска).

Вот мы и решили сделать экскурсию "По обеим сторонам белорусского экватора". Маршрут? Ишкольдь — Снов — Вольно — Столовичи — Заосье — Городище — оз. Свитязь. Наряду с широко известными объектами здесь есть и малоизвестные Столовичи. О них и пойдет речь в тексте Анатолия ВАРАВВЫ "Стволовичское командорство мальтийцев" (из книги "Этюды о Беларуси"):

Свернув под Барановичами с «белорусского экватора» на 50-километровое новогрудское шоссе, сразу же ощущаешь, как меняется и ритм жизни, и, кажется, самый бег времени. История начинает свой неторопливый рассказ о былом, едва на горизонте обрисуются контуры деревни Столовичи и ее древней святыни. Ныне это православная церковь, а в прошлом – костел Св. Иоанна Крестителя.

Начало ему было положено Лоретанской каплицей, сооруженной тут в память Святого Дома Богоматери, что по легенде был перенесен ангелами из Назарета в итальянский город Лорето. Эту столовичскую каплицу, где размещалась копия широко известной лоретанской статуи Черной Мадонны (Madonna Macerata), заложил командор Мальтийского ордена Зыгмунт Кароль Радзивилл в ХVІІ столетии, а уже к середине ХVІІІ века каплица была включена в костел, который, обретя под опытной рукой знаменитых архитекторов Иоганна Глаубица и Иосифа ІІІ Фонтана изысканные формы «виленского» барокко, превратился в главный храм местных кавалеров этого ордена. Примечательно, что даже опорные столбы в храме были выполнены в форме стилизованного восьмиконечного мальтийского креста.

В ту пору Столовичи именовались Стволовичами. И основанное отцом Зыгмунта Кароля – Миколаем Крыштофом Радзивиллом Сироткой стволовичское командорство мальтийцев стало первым в Речи Посполитой представительством одного из самых могущественных и прославленных духовно-рыцарских орденов Европы. Возник Мальтийский орден в Палестине в начале ХІІ века и в отличие от обычных монашеских орденов набирался из молодых людей знатного происхождения, которые служили Господу не молитвами и переписыванием
Библии, а сражаясь на поле брани против иноверцев.

Таков был и Зыгмунт Кароль. Избрав себе судьбу воина Христова и аскета, он прожил жизнь рыцаря без страха и упрека и по смерти удостоился от своих собратьев по ордену высокой чести: его скульптура была поставлена в соборе Св. Иоанна Крестителя в столице Мальты – городе Ла-Валетта. На родине о нем и сегодня напоминает нам эффектная барочная святыня на бывшей рыночной площади в Столовичах.
Площадь эта в свое время была хорошо знакома Адаму Мицкевичу, который вместе с друзьями не раз приезжал сюда на шумные ярмарки. Окрестности тогдашнего местечка Столовичи он запечатлел в своей ранней, окрашенной мистическим настроением балладе «Тукай», которая так и осталась неоконченной.

Смотрите экскурсию "По обеим сторонам белорусского экватора" https://viapol.by/corporate/bel-1.24.htm
4 марта 2018 г.
Ветка мимозы
На днях в Ницце, прямо с катеров, бравые капитаны щедро одаривали женщин, что стояли на Лазурном берегу, охапками нежных мимоз… Стало быть, женский праздник у дверей!

Ровно 110 лет тому назад в Нью-Йорке состоялась многотысячная демонстрация женщин за свои права на свободу. И ныне там же ничуть не утихают, а, наоборот, все более яростно разгораются страсти по свободе. Теперь уже – по свободе от харассмента. Лозунги звучат негодующие и бескомпромиссные: «Эй вы, не приставайте к нам!», «Me too!» Уже есть тяжело раненные в телевизионных боях – главным образом среди публично известных и финансово состоятельных мужчин, с которых… да, таки есть что взять – в оплату за утраченное некогда целомудрие. А эти бедолаги, еще недавно с лучезарными улыбками на холеных лицах ловеласов, моментально посерели, лишившись репутации, и оказались на грани разорения, да еще в ожидании повесток в суд... Таков размах крыльев женского порыва к свободе! И вот к очередной юбилейной дате этой битвы прекрасной половины человечества мы дружно подошли – без преувеличения – всеми континентами…

Но – снизим сразу же накал политических, интеллектуальных, сексуальных, бытовых и иных претензий одних к другим, а поговорим-ка лучше о том, как «женская тема», артикулированная в начале ХХ века за океаном, была трепетно и зримо отражена в советском монументальном искусстве и как ныне она же предстает в наших городах и весях памятниками, присутствующими – вольно или невольно для себя – на экскурсиях…

Минск. Широким проспектом шагаю, и радостно мне от всего, что вижу вокруг. А вижу – большую толпу железобетонных женщин и мужчин у входа во Дворец культуры профсоюзов на Октябрьской площади. Это привезли после ремонта те самые статуи, которые, изображая «Мир» и «Труд» через «мужское» и «женское», более полувека холодно-бесстрастно смотрели на прохожих и проезжих с высоты здания, похожего на древнегреческий Парфенон… Их всех ваяли лишь декорации ради! И при этом в мартеновскую печь монументальной пропаганды бросали все, что под руку попадется: от рассыпающегося при непогодах, крашеного гипса и сурового гранита – до благородного мрамора и надменной бронзы.

Однако чаще всего мастера по производству массовой скульптуры использовали в качестве «материи искусства» железобетон! Как-никак это сама нерушимость, фундаментальность, если угодно – символ вечности сотворенного и прославляемого ваятелем. Но вот прошло время – и казавшийся незыблемым железобетон дал трещину. Не столько в прямом, сколько в фигуральном смысле этого слова.

…На постаменте – тетка, которую вполне можно было бы счесть за дядьку. Обутая в кованые ботинки, которые сейчас носит спецназ. Тетка имеет грудь широкую, как страна. Лицом пусть и не козырная красавица, зато не худосочная, а конкретно в теле... Она куда-то идет, и встречный ветер развевает ее широкие штаны-шаровары так, что до полного неприличия прорисовывается вся ее… как бы это выразиться деликатно… тазобедренная часть.

Современные молодицы, небрежно щеголяющие оголенными пупками, должны просто задохнуться от зависти, видя, что сделала в реале, задолго до их куцей моды, эта брутальная женщина-мутант! Никакие гламурные журналы, сколько бы они ни корпели над женским телом, не достигнут такого убойного эффекта, какого легко, шутя, задорно играя анатомией, добился неизвестный нам создатель этого уникального монумента…

Читатель, вы уже хотите бежать туда опрометью, ехать, лететь через океан, чтобы воочию, а не в моем бледном пересказе увидеть сие чудо пластического искусства? Вам нужен только адрес? Пожалуйста, сквер по улице 8 Марта в досточтимом городе с милым женским именем Лида, куда, кстати, проложены не один и не два экскурсионных маршрута «Виаполя» – можем, если что, туда доставить…

Есть в Лиде и другая женщина, тоже рубенсовских форм. Эта взгромоздила на левое плечо резвое дитя, которое заходится от смеха (почему или в связи с чем оно смеется без причины – неясно; впрочем, вообще-то понятно: «Эх, хорошо в Стране Советской жить!»). Чувствуется в этом интригующем дуэте некий парафраз, робко начал бы толковать иной искусствовед, из иконографических изображений божественного материнства. Но, простите, в поголовно атеистической стране… Тогда что же это? Да ничего: просто навеяло однажды от избытка чувств – и вот до сих пор веет!

«Мадонна» из Воронова (и туда мы заезжаем!) в одной руке держит серп, а в другой – ребенка без ножки. Выглядит зловеще… В деревне Красная Звезда Клецкого района, былом знаменитом имении Радзивиллимонты (кстати, включенном в маршрут «Радзивиллиада»), приезжих приветствует добрая женщина: она птичку на волю выпускает, потому что «птичку жалко», а у ребенка ручка тем временем куда-то потерялась... Ох уж эти дети!

Ну что ж, пожалуй, передохнем от монументов на тему «Женщина и материнство», и зададимся отнюдь не праздным вопросом: поскольку с этими памятниками люди живут бок о бок десятилетиями, взяли ли они что-либо от них для своего культурного развития? Дать ответ крайне затруднительно. Равно как и невозможно понять, сколько еще простоят на земле эти угрюмые статуи: «Девушка с веслом», «Женщина-Земля со спутником», скорбящая или пафосно-ликующая «Родина-мать» с мечом или фанфарами… У дорог, на улицах, проспектах, площадях, в парках и скверах, во дворцах и в других общественно значимых местах видим мы эти мозолящие глаза «шедевры» по сей день…

А не настало ли в конце концов время убрать это тиражированное в несчетных экземплярах «искусство», давно пережившее и себя, и свою эпоху? Куда его деть? Да вовсе не проблема найти для него отдельное, по-своему «сакральное» место. Наши соседи-литовцы назвали такое место под городом Друскининкай «Грутас-парк». Появись такой парк у нас, какие воистину сказочные экскурсии можно было бы там проводить, в том числе и на 8 Марта, – Шахерезада обзавидуется…

Возвратимся, однако, к празднику, ибо ну очень хочется закончить все-таки на медово-мимозной ноте… Политические даты, старея, линяя, тускнея, наполняются со временем новым смыслом. Так случилось и с 8 Марта! Вряд ли сейчас кто-нибудь у нас ежегодно, в начале марта, вспоминает американских женщин, или немецких революционерок Клару Цеткин и Розу Люксембург, или многих иных, кто способствовал становлению официального ритуала «Международного женского дня». Так или иначе, состоялась «перемена пейзажа», как нынче принято выражаться.

Сегодня этот мартовский день ассоциируется прежде всего с приходом Весны – началом новой жизни, воплощенной самой Природой в женском естестве. Утратив свою политическую злободневность и феминистскую окраску, 8 Марта стало ни много ни мало Днем мужских признаний – для каждого они свои – женщинам в любви и верности. У Владимира Высоцкого это признание, обращенное к Марине Влади, с которой он, в свои тридцать, в разгар любви, бродил по берегу озера Литовка под Новогрудком, облеклось позже в такие строки:

Мне меньше полувека – сорок с лишним.
Я жив, двенадцать лет тобой храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.

__________________
Анатолий ВАРАВВА
22 февраля 2018 г.
Сюжет для небольшого рассказа
Сюжет для небольшого рассказа,
или C праздником!

Чу! В магазинах суета сует... На кухнях готовятся тазики оливье и селедки под шубой... Ждут не дождутся своего часа, перемигиваясь, бутылки с крепкими напитками… Словом, страна, по советской табели о праздниках, готовится к 100-летнему юбилею «боевого крещения» РККА, ставшей впоследствии Советской армией, а теперь – по историческому наследству – и Белорусской армией. 23 февраля ныне без особых колебаний именуют просто «мужским» днем, «типо» – «Днем мужика»! Казалось бы, история праздника возвращает нас к событиям под Псковом и Нарвой, а на самом-то деле начало этим оливье-событиям тут, в Беларуси, куда Первая мировая война пришла осенью 1915 года и бушевала здесь два с половиной года…

Есть в Сморгонском районе старинное местечко Солы, включенное в несколько экскурсий «Виаполя». Попадая туда, как не залюбоваться здешним костелом Девы Марии Ружанцовой 30-годов минувшего века! Эффектный памятник модерна просто сам лихо бросается в глаза, просится в фотоаппараты и мобильные телефоны. А рядом с ним стоит скромное здание местного сельсовета, на котором беломраморная доска сухо сообщает об очень важном событии в ходе упомянутой войны. Здесь 5 декабря (н.с.) 1917 года на переговорах были приостановлены военные действия вдоль всей линии фронта от местечка Видзы на севере Беларуси до Припяти – на юге. Перемирие было подписано членом Военно-революционного комитета Западного фронта рядовым С.Е. Щукиным и представителями командования германского Восточного фронта. Рассказывая об этих событиях, ваш покорный слуга всегда добавлял экскурсантам, что, к сожалению, дальнейшая судьба этого рядового неизвестна. В самом деле, и специальная литература на эту тему, и всезнающий Интернет глухо молчали, и это наводило на мысли о том, что судьба его, по всей видимости, была трагической...

И вот летом 2017 года на экскурсии у меня в автобусе оказалась милая супружеская пара: Светлана Шидловская и Сергей Нехамкин. Оба талантливые журналисты. Светлана часто рассказывает на страницах «Вечернего Минска» об экскурсионных маршрутах «Виаполя», и в очередной раз за впечатлениями она отправилась на экскурсию «Белорусская мозаика» в… свой день рождения. А это для турфирмы дорогого стоит, за что и полагается новорожденному обязательно фирменный сувенир! Подойдя ко мне после костела, Сергей Владимирович обрадовал, можно сказать – огорошил, прекрасной новостью:

– Да нет же, рядовой Щукин, который был тут, в Солах, на переговорах сто лет тому назад, не исчез, не растворился. И я готов поделиться не без труда найденными сведениями о нем.

Случаются же в жизни экскурсовода такие подарки! И вот из вороха источников и публикаций С. Нехамкина проступили наконец живые черты этого неординарного человека Щукина… Переговоры о перемирии происходили в здании штаба немецкой дивизии, который находился там, где сейчас, неподалеку от костела, располагается местный мехстан. Центральной немецкой фигурой на переговорах был генерал-майор фон Зауберцвейг. Напротив высокого и седого германского руководителя сидел 24-летний солдат Степан Щукин. Именно он возглавлял делегацию от Военно-революционного комитета Западного фронта, которая прибыла из Минска.

Руководителем Степана Ефимовича выбрали не случайно. Большевик Щукин был эрудированным человекам, хорошо говорил по-немецки. Поначалу генерал Зауберцвейг скептически смотрел на этого светловолосого молодого человека, бойко оперировавшего юридическими терминами, но в конце концов согласился с его доводами – и перемирие (первое в ходе войны между немецкими и российскими войсками) было заключено!

После революции и гражданской войны Степан Щукин работал в Постоянном представительстве СССР во Франции, в исполкоме Коминтерна. Участвовал в Великой Отечественной войне. После войны был профессором высшей партийной школы при ЦК ВКП(б), специалистом по философии и литературоведению, членом Союза писателей СССР, свободно вел преподавание на немецком и французском языках. Умер в июле 1955 года в возрасте 62 лет и похоронен в Москве.

Ну а какое все это имеет значение к празднику 23 февраля – спросит требовательный читатель. Отвечу: самое непосредственное! Ибо История всегда (!) слагается из нерасторжимых звеньев единой цепи событий. Ни одно из этих звеньев нельзя изъять – иначе цепь распадется. Так вот, вслед за подписанием перемирия в Солах переговоры, теперь уже о заключении мира, были перенесены в Брест-Литовск. В итоге они были скандально сорваны Львом Троцким (который и станет впоследствии вместе с Михаилом Тухачевским создателем РККА). Ответ со стороны немцев не заставил себя долго ждать. Немецкие командование, отвергнув перемирие, захватило почти всю Беларусь – немцы дошли до Пскова, где большевики потерпели сокрушительное поражение и под угрозой падения своего режима вынуждены были 23 февраля (!) на экстренном заседании ЦК ВКП(б) принять немецкие условия своей капитуляции, а 3 марта 1918 года подписать в Белом дворце Брестской крепости мир, который Ульянов (Ленин) сам называл «похабным».

А затем – всё та же стальная цепь событий – 25 марта 1918 состоялось провозглашение в оккупированном немцами Минске Белорусской Народной Республики. История продолжала развивать свой свиток (именно так называется один из разделов экскурсионных программ «Виаполя»).

И вот вновь отчетливо слышу я немой вопрос читателя этого сюжета: «Хорошо, но почему же дата поражения – 23 февраля – стала праздником?» Разумеется, она поздняя и условная, что в истории, кстати сказать, не редкость. Праздником рождения РККА власти «прикрыли» сразу два события, в равной степени болезненных для большевиков. Это и пораженческое заседание ЦК ВКП(б); это – как ни парадоксально сие прозвучит – и начало Февральской буржуазной революции в России. Она пришлась как раз на 23 февраля, но по старому, действовавшему еще в России в 1917 году юлианскому стилю. Последний был отменен в январе 1918 года, и началом Февральской революции в этом летосчислении стало… 8 марта! Вы не догадываетесь, к чему я клоню? Как всякий раз говорит «со значением» один известный телевизионный пропагандист: «Совпадение? Не думаю».

Однако 8 Марта – уже совсем другая история. И совсем другой праздник. А нам бы пока управиться с уже готовыми к употреблению оливье да селедкой под шубой. С праздником всех «мужиков», и не только их! Почаще бывайте на экскурсиях «Виаполя». В будни и праздники. Не пожалеете. Мы любим Историю и истории…

Анатолий ВАРАВВА